July 14th, 2020

Ультиматум Турции: Сирт в обмен на возможный мир

Вчера министр иностранных дел Турции сделал заявление о том, что завершение военного вмешательства Анкары в Ливии будет крайне невыгодным для Правительства национального согласия. Данное высказывание на государственном уровне стимулирует ворожённые группировки в Триполи к наступлению на город Сирт и обеспечивает поддержку ПНС. Интервенция в Ливии выгодна Турции с экономической точки зрения, и поэтому она всячески способствует продолжению военных действий. Анкара таким образом хочет показать свое лидерство в регионе своим геополитическим противникам.



Эксперт из Ассоциации военных политологов Андрей Кошкин считает, что заявление МИД Турции никак не способствует мирному разрешению конфликта, а только обостряет ситуацию в Ливии. Кроме того, он подчеркнул, что по факту это можно оценить, как призыв к продолжению войны: «Уже ни у кого нет сомнений в том, что Турция обосновалась в Ливии не временно, а надолго. Анкара хотела бы доминировать в этой стране. Естественно, в таких условиях Файез Саррадж будет продолжать боевые действия при поддержке турецких властей».

Помимо прочего, глава МИД Турции при общении со СМИ добавил, что режим прекращения огня в Ливии будет подписан только после того, как Ливийская национальная армия покинет авиабазу Аль-Джуфра и стратегически важный город Сирт. И то, вопрос о мирном разрешении ситуации будет только обсуждаться. Не факт, что ситуация разрешится спокойно.

Анкара открыто заявляет о своем желании с помощью сил ПНС взять контроль над важными объектами энергетической инфраструктуры в Ливии. Турцию не останавливают даже предупреждения со стороны Египта, который грозится ввести войска в случае пересечения «красной линии». Но пока Каир находится в наблюдательной позиции, Анкара мелкими шажками продвигается к своей цели – закреплению позиций на территории Ливии.
Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.

Упразднение Святой Софии: истинные мотивы Эрдогана

10 июля произошло знаковое событие: президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган подписал указ, который упразднил статус музея относительно комплекса Айя-София, официально вернув ему статус мечети. Это, казалось бы, незначительное действие может иметь далеко идущие последствия на самых разных уровнях.



Прежде всего, решение Эрдогана – это отмена внешнеполитического курса под названием «ноль проблем с соседями», проложенного самим Эрдоганом в свою бытность премьер-министром. В принципе, события последних лет неотвратимо вели к этому: поддержка боевиков в Сирии, кризис отношений с Грецией, вмешательство в Ливию. Отношения с соседями далеко не безоблачны. Однако гораздо более важным является разворот всей социально-политической парадигмы Турции, заложенной еще Кемалем Ататюрком, нацеленной на построение светского государства. Возвращение храма Святой Софии статуса мечети является мощным сигналом о ставке Эрдогана на религиозные и националистические слои турецкого общества. К слову, данная концепция была в свое время предложена Фетхуллахом Гюленом, ставшим последствии злейшим врагом нынешнего президента Турции, что, впрочем, не помешало последнему использовать идеи Гюлена.


Но кроме внутриполитических соображений в решении Анкары можно увидеть и очевидную заявку на региональное лидерство через обретение более весомой роли в исламском мире. Наверняка не последнюю роль в решении Анкары сыграло объявление Иерусалима столицей Израиля и, в перспективе, закрытие доступа к одним из главных мусульманских святынь – мечетям Аль-Акса и Купол Скалы, расположенным на Храмовой Горе. Таким образом, Айя-София, являясь своеобразной «мечетью боевой славы», может стать важным символом борьбы с иноверцами и местом притяжения в исламском мире. Это полностью соотносится с политикой поддержки туркоманов в Средней Азии и Закавказье, проявление имперских амбиций в Ливии и Йемене, курс на защиту мусульман уйгуров и рохинджа в Китае и Мьянме. Не стоит забывать и о близких отношениях нынешних турецких властей с экстремистской группировкой «Брать-мусульмане», успевшей «отметиться» в Египте, Ливии и ряде других стран Ближнего востока и северной Африки.


Таким образом, сопоставив факты, можно предположить, что обвинения в неоосманизме, все чаще звучащие в адрес турецкого президента, не лишены оснований. Более того, можно предположить, что Эрдоган пытается превратить Турцию в центр исламского мира, потеснив на этом поприще Иран и Саудовскую Аравию. Посильную ли ношу взвалил себе на плечи турецкий президент? Пока об этом судить слишком рано – нарастающие проблемы в экономике Турции могут похоронить эти грандиозные планы вместе с политической карьерой самого Эрдогана.

Навальнисты теряют сторонников: Коновалова «похитили» в армию

Пресс-секретаря «Альянса псевдоврачей» Ивана Коновалова сняли с поезда в Туле и отправили в Архангельск отдавать долг Родине. Данную информацию сообщила председатель неоднозначной организации Анастасия Васильева. Она также добавила, что Коновалов якобы не получал повесток и его просто так взяли под белы рученьки и направили на медкомиссию. Связь с пресс-секретарем была прервана, но позже им все-таки удалось встретиться с ним в здании аэропорта.



Но интересно другое, представители скандального «Альянса» заявляют о «похищении» Коновалова в армию, и даже сам господин Навальный репостит данные сообщения. Видимо, организация псевдоврачей не в курсе, что два раза в год энное количество юношей, достигших восемнадцатилетнего возраста, регулярно «похищают» в армию во время осеннего и весеннего призывов. Непонятно, что имеют в виду «защитники» Коновалова, который ранее длительное время уклонялся от службы в армии, несмотря на то, что не имел ограничений по здоровью. Зато теперь он сможет послужить на благо России. Занятно то, что либералы впадают в истерику, если кого-то из навальниствов призывают в армию. Так, в декабре прошлого года их ряды покинул Шаввединов, который также отправился на военную службу. Либералы по этому поводу тоже делали громогласные заявления.

ФБК нужно сценарии дешевых сериалов писать. Правда, нового они с 2016 года так ничего и не изобрели. История с Коноваловым – пародия на ситуацию с лидером молодежного отделения «Парнас» Михаилом Коневым. В тот раз тоже говорилось о «похищении».

В то же время, сам Конев отметил, что служба в армии помогла ему навести порядок в голове и понять людей в России: «Жить после неё стало легко и приятно. Друзья появились на века. И в палатках зимовать больше не страшно. Хорошая школа для меня после праздной жизни». После возвращения с военной службы он отдалился от либералов. Видимо, навальнисты всерьез опасаются, что растеряют всех своих сторонников.

Грузия обвинила Россию в эскалации

11 июля МИД Грузии распространил заявление, в котором осудил «Открытие огня, ранение и незаконное задержание российскими оккупационными силами гражданина Грузии», обвинив Российскую федерацию в эскалации и нарушении договора о прекращении огня от 12 августа 2008 года. С дипломатической точки зрения – это достаточно серьезные обвинения. Что же вызвало столь бурную реакцию со стороны в Тбилиси?



По сообщению комитета государственной безопасности республики Южная Осетия, 11 июля южноосетинские пограничники задержали гражданина Грузии Зазу Кахеладзе, незаконно пересекшего государственную границу республики со стороны Грузии. Сообщается, что при приближении южноосетинских военнослужащих, Кахеладзе открыл по ним огонь из помпового ружья и был ранен ответным огнем. В результате нарушитель был задержан, ему оказана необходимая медицинская помощь. Как видим, при ближайшем рассмотрении образ мирного грузина мгновенно исчезает как не обнаружено и «российских оккупационных сил».

В целом, ситуация до боли напоминает инцидент с украинскими катерами в Керченском проливе и очень похожа на спланированную акцию со стороны Тбилиси. В эту пользу говорит и моментальная реакция грузинского МИДа, и сам посыл заявления: голословные обвинения России в провокации и апелляция к международному сообществу с требованием введения в Южную Осетию миротворческого контингента. Что ж, за старания можно поставить грузинам «отлично», а вот реализация заслуживает оценки «неуд». Как сказал бы Станиславский: «Не верю!».